29.06.2006
Скачать в других форматах:

История Гейдельбергского катехизиса

Реформация в Палатинате [1]

 

Палатинат, одна из прекраснейших провинций Германии, расположенная по обеим сторонам верхнего Рейна, была одним из семи курфюршеств, правители которых от имени немецкого народа избирали императора Германии. После распада старой империи (в 1806 г.) это политико-географическое название исчезло, а территория бывшего Палатината была поделена между Баденом, Баварией, Дармштадтом, Нассау и Пруссией. Столицей Палатината с 1231 по 1720 гг. был Гейдельберг, известный своим примечательным расположением у подножия Кёнигштуль на берегах швабской реки Неккар, а также своим живописным замком и университетом, основанным в 1346 г.

 

В 1518 г. Лютер ненадолго приехал в Гейдельберг, где защитил евангелическую диссертацию. В 1546 г. (в этот год умер Лютер) курфюрст Фридрих II принял Реформацию. Меланхтон, бывший уроженцем Палатината и дважды получавший приглашение в Гейдельбергский университет в качестве профессора теологии (в 1546 г. и в 1557 г.), но отклонивший его, был главным советником в вопросах принятия Реформации. В 1557 г. при курфюрсте Отто Генрихе (1556-1559 гг.) он, приехав в Гейдельберг, оказал помощь в реорганизации университета на евангелической основе. Поэтому именно Меланхтона можно назвать реформатором Палатината. Он придал Реформации в Палатинате характер умеренного лютеранства, дружественно настроенного к кальвинизму. В качестве догматической основы было взято Аугсбургское Исповедание, а обрядовая сторона была упрощена в соответствии с цвинглианством (так же как и в соседнем Вюртемберге). Гейдельберг стал местом, куда стекались протестантские теологи из разных стран, и «полем брани» лютеранской, филипписткой, кальвинисткой и цвинглианской точек зрения. Обычно конфликт разгорался по поводу реального присутствия [Христа в Причастии.Прим. ред.]. Тилеман Хесхузий (которого Меланхтон, не зная его характера, рекомендовал на должность профессора кафедры теологии в 1558 г.), будучи главой религиозной общины, ввёл гнесиолютеранство, отстранил диакона Клебица за его цвинглианские взгляды, и даже подрался с ним у алтаря за Евхаристическую чашу. Этот публичный скандал послужил непосредственной причиной написания Гейдельбергского катехизиса.

 

 

Фридрих III

 

Во время всех этих споров курфюрстом Палатината стал Фридрих III (1559 г.), известный под именем Фридрих Благочестивый. Главной задачей своего правления он считал проведение Реформации, начатой его предшественниками. Прежде всего, Фридрих попытался примирить конфликтующие стороны. Он обратился за советом к Меланхтону, который за несколько лет до своей смерти посоветовал сохранять мир, умеренность и библейскую искренность. Меланхтон также советовал воздерживаться от крайностей и схоластических нюансов в учении о Причастии. Поэтому Фридрих III снял с должностей и Хесхузия и Клебица, устроил публичный диспут о Вечере Господней (в июне 1560 г.), высказался в этом вопросе в пользу учения Меланхтона и Кальвина, пригласил в университет выдающихся иностранных теологов и поручил двум из них написать Гейдельбергский катехизис, который был призван обеспечить согласованное обучение и заложить прочную основу религиозного воспитания подрастающего поколения.

 

Фридрих III — один из благороднейших и честнейших князей Германии. Он был для Палатината тем, кем для Англии были короли Альфред или Эдвард VI, для Саксонии — курфюрсты Фридрих Мудрый и Иоганн Верный, а для Вюртемберга — граф Христофер. В области образовательных и благотворительных заведений он сделал больше, чем все его предшественники. Он отдавал им все деньги, полученные от подчиненных монастырей. Жил он очень скромно, дабы из своих личных доходов щедро помогать делу образования и религии. Он стал первым немецким князем, исповедавшим реформатский символ веры, отличающийся от лютеранского. За это он подвергся большому осуждению; ему угрожали лишением привилегий Аугсбургского мирного договора (заключенного в 1555 г.), так как цвинглианство и кальвинизм не были ещё разрешены на немецкой земле. На Аугсбургском синоде в 1566 г. он мужественно, как подобает мужчине, исповедал свою веру перед императором, заявив при этом, что готов потерять своё курфюршество, чем пойти против своей совести. Даже его противники были восхищены такой храбростью, а лютеранский курфюрст Август Саксонский зааплодировал ему, сказав: «Фриц, ты самый благочестивый среди нас». На своём смертном одре он благодарил Бога за то, что Тот позволил ему увидеть подобную Реформацию в Церкви и подобное религиозное обучение, которое возвращало людей от человеческих традиций к Христу и Его божественному Слову. Фридрих III оставил полное письменное исповедание своей веры, которое может считаться подлинным объяснением Гейдельбергского катехизиса; оно было опубликовано после его смерти его сыном Иоганном Казимиром (в 1577 г.).

 

 

Урсин и Олевиан

 

Фредерик III проявил большую мудрость, пригласив двух молодых теологов Урсина и Олевиана в Гейдельберг, чтобы они помогли ему в становлении Реформации и подготовили евангелический катехизис. Эти теологи были реформаторами второго поколения. Их задача заключалась в том, чтобы воспитывать и укреплять то, что уже было посеяно. Хотя оба они были немцами, они хорошо знали Реформатские Церкви Швейцарии и Франции. Оба они впоследствии были смещены со своих должностей и высланы за исповедание Реформатской веры.

 

Захарий Урсин (Bar), главный автор Гейдельбергского катехизиса, родился в Бреслау 18 июля 1534 г. В течение семи лет (1550-1557 гг.) он учился в Виттенберге у Меланхтона, который считал его одним из своих лучших учеников и друзей. Урсин сопровождал своего учителя на религиозные конференции, проходившие в Вормсе (1557 г.) и Гейдельберге, а затем сам отправился в ознакомительную поездку в Швейцарию и Францию. В Цюрихе он лично познакомился с Буллингером и Питером Мартиром, а в Женеве — с Кальвином и де Безом, полностью проникшись духом Реформатского учения. Кальвин подарил ему свои труды, выразив в автографе наилучшие пожелания своему молодому другу. По возвращении в Виттенберг Урсин получил приглашение на пост ректора Елизаветинского колледжа в Бреслау. После смерти Меланхтона он во второй раз поехал в Цюрих (в октябре 1560 г.) с намерением остаться там. На следующий год он получил приглашение на кафедру теологии Гейдельбергского университета. Там он с неутомимым рвением успешно работал до смерти Фредерика III (1576 г.), после чего в числе шестисот верных реформатских священнослужителей и теологов был смещён со своей должности и выслан из страны Людовиком VI, который ввёл в Палатинате лютеранское исповедание. Урсин нашёл прибежище в Нойштадте, где он вместе с другими смещёнными профессорами основал теологическую школу под покровительством Иоганна Казимира, второго сына Фредерика III. Он умер в расцвете сил 6 марта 1583 года, оставив вдову и сына. В тот же самый год Иоганн Казимир, унаследовав от своего лютеранского брата курфюршество, пригласил всех высланных священнослужителей вернуться в Палатинат и восстановил Реформатскую Церковь.

 

Урсин обладал глубокими познаниями в области античности, философии, теологии, а также владел поэтическим вкусом, редким преподавательским даром и пылким благочестием. Его преданность Христу заметна из первого вопроса Гейдельбергского катехизиса и из его собственной фразы, однажды им сказанной, что он не променял бы благословенную уверенность своей принадлежности Иисусу Христу и на тысячу миров. Он не был ни оратором, ни человеком действия, ведя уединённую, скромную и прилежную жизнь учёного. Его основными трудами, помимо Гейдельбергского катехизиса, являются «Комментарии к катехизису» (Corpus doctrinoe orthodoxoe) и защита Реформатского Исповедания от нападок лютеранской Формулы Согласия.

 

Каспар Олевиан (Olewig) родился в Треве 10 августа 1536 г. Он изучал древние языки в Париже, Бурже и Орлеане и теологию в Женеве и Цюрихе. Как и в случае с Урсином его наставниками и друзьями были уцелевшие швейцарские реформаторы. Он начал проповедовать евангелическое вероучение в Треве, был брошен в тюрьму, но скоро освободился. В 1560 г. Фредерик III пригласил его в Гейдельберг, поскольку курфюрст был лично обязан ему за спасение одного из своих сыновей (Олевиан, рискуя собственной жизнью, спас утопающего). Олевиан преподавал теологию и проповедовал при дворе. Он был главным советником курфюрста во всех делах Церкви. В 1576 г. он был изгнан из-за своей веры и, получив приглашение из Херборна, в 1584 г. переехал туда, где и умер 27 февраля 1585 г. Его последним словом было торжествующее «certissimus» («очень уверен»), которым он ответил своему другу, когда тот спросил его, уверен ли он в своём спасении. Теодор де Без, сожалея о его смерти, написал поэму на латыни, которая начиналась словами:

 

Eheu, quibus suspiriis,

Eheu, quibus te lacrymis,

Oleviane, planxero?[2]

 

Олевиан уступал Урсину в образованности, но превосходил его как проповедник и организатор церковного управления. Он написал важный катехизический труд о завете благодати. Его считают предтечей заветной теологии Кохсесиуса и Лампе. Он серьезно работал (но лишь с умеренным успехом) над введением пресвитерианской формы церковного управления и строгой церковной дисциплины по Женевскому образцу.

Томас Эраст (Либер), профессор медицины в Гейдельберге, а впоследствии профессор этики в Базеле (умер в 1583 г.), был противником отлучения от Церкви, отстаивая верховенство государства в вопросах религии; отсюда и термин «эрастианство», что равноценно термину «цезарепапизм».

 

 

Подготовка и публикация Гейдельбергского катехизиса

 

Гейдельбергский катехизис (названный так в честь города, где он был написан) или Палатинатский катехизис (названный так в честь страны, для которой он предназначался) был составлен на основе двух черновых вариантов, написанных Урсином на латинском языке, и одного чернового варианта, написанного Олевианом на немецком языке. Необыкновенная одарённость обоих теологов, дидактическая ясность и точность одного из них и патетический пыл вкупе с пылким благочестием другого, объединившись в гармоничный союз, создали совместный труд, далеко превосходящий возможности каждого из них в отдельности. В катехизисе они превзошли самих себя. В определённой мере у них были свои собственные идеи. В то же самое время они широко пользовались катехизисами Кальвина, Ласки и Буллингера. Курфюрст проявил живой интерес к этой работе и даже внёс несколько поправок.

 

В декабре 1562 г. Фридрих III представил этот труд на рассмотрение и утверждение Всеобщему Синоду в Гейдельберге, на котором собрались видные священнослужители и богословы. Катехизис был опубликован в начале 1563 г. на немецком языке и под заголовком: «Катехизис или христианское наставление для обучения верующих в церквах и школах курфюршества Палатинат». В кратком предисловии к катехизису, написанном курфюрстом и датированном 19 января (вторник) 1563 г., говорится, что курфюрст «доводит до сведения руководящих должностных лиц, священнослужителей и школьных учителей, что, посовещавшись с богословами теологического факультета университета и с ведущими священнослужителями Церкви, и, получив от них поддержку, он распорядился составить основанное на Слове Божьем краткое наставление или катехизис нашей христианской религии для использования его в церквах и школах на благо подрастающего поколения».

 

Третье издание Гейдельбергского катехизиса и его восьмидесятый вопрос

 

В 1563 г. вышло в свет три официальных издания катехизиса, существенно расходившиеся в формулировке 80-го вопроса. В этом вопросе папская месса была заклеймена как «отречение от единственной жертвы, которую принёс Христос, и отвратительное идолопоклонство». В первом издании этот вопрос вообще отсутствовал, во втором издании он присутствовал частично, тогда как в третьем он присутствовал в своей завершённой форме. Этот вопрос был вставлен по распоряжению курфюрста, возможно даже собственноручно, в качестве протестантской контрмеры против папистских анафем Тридентского собора, окончившего свою работу 4 декабря 1563 г. Отсюда примечание в конце второго и третьего издания катехизиса: «По распоряжению его высочества курфюрста в настоящее издание добавлено то, что было пропущено в издании первом, а именно на пятьдесят пятой странице (которая содержит восьмидесятый вопрос), 1563 год». Такой же точки зрения относительно папской доктрины о пресуществлении и жертвоприношении мессы разделяли все реформаторы. Она нашла своё выражение в Шмалькаденских Артикулах и других вероисповедных книгах, как Лютеранской, так и Реформатской Церкви. И этот пункт следовало оставить как торжественный протест против идолопоклонства. Однако довольно справедливо высказывалось сомнение: стоило ли включать спорный вопрос в катехизис, предназначенный для обучения молодежи? Восьмидесятый вопрос нарушил мирную гармонию книги, он воздавал злом за зло, поощряя не характерную для протестантов черту нетерпимости. Этот вопрос вызвал много излишней враждебности, а при правлении курфюрста Павла Филиппа, приверженца папизма, он послужил причиной запрета катехизиса. Но через год в связи с громкими протестами Англии, Пруссии, Голландии и других протестантских государств курфюрст, чтобы сохранить лицо, был вынужден аннулировать свой тиранский указ на определённых условиях.

 

 

Переводы Гейдельбергского катехизиса

 

Гейдельбергский катехизис был переведён на все европейские и на многие азиатские языки. Он обладает редчайшим даром говорения на языках Пятидесятницы. Общеизвестно, что после Библии, «Подражания Христу» св. Фомы Кемпийского и «Путешествия пилигрима» Джона Буньяна (Беньяна) более всего переводится, издаётся и читается именно Гейдельбергский катехизис. Краткие изложения, комментарии, проповеди к нему, а также нападки на него и апологии к нему составляют целые библиотеки. Во многих Реформатских Церквах, особенно в Голландии и США, раньше считалось обязательным объяснение катехизиса с церковной кафедры каждое воскресение во второй половине дня (в некоторой степени такая практика сохранилась и сегодня). Отсюда деление всех вопросов на пятьдесят два воскресения по примеру катехизиса Кальвина.

 

Перевод на латынь для использования катехизиса в колледжах был сделан по распоряжения курфюрста двумя даровитыми переводчиками; он появился вскоре после немецкого перевода (мы знаем об этом исходя из того, что Олевиан послал как латинский, так и немецкий перевод в Цюрих Буллингеру уже в апреле 1563 г.). Латинский текст часто издавался отдельно. Однако он также издавался вместе с другими трудами Урсина, а также в сборниках Исповеданий Реформатской Церкви.

 

На нидерландском языке существует три перевода катехизиса. Греческий перевод был выполнен выдающимся учёным, знатоком античности, доктором Фридом Силбургом в 1567 г. Кроме того, существуют издания на современном греческом языке, на еврейском, арабском и т. д. Три или четыре английских перевода были сделаны с латинского; они получили большое распространение в Шотландии, Англии и Америке. Более точный перевод на английский язык с немецкого оригинала был выполнен к трехсотлетней годовщине опубликования катехизиса комиссией, созданной Синодом немецкой Реформатской Церкви в Пенсильвании. В состав комиссии вошли образованные и талантливые специалисты. Однако этот перевод не получил до сих пор широкого распространения.[3]

 

 

Характер и цель Гейдельбергского катехизиса

 

Гейдельбергский катехизис имеет двоякую цель: он одновременно служит руководством для религиозного наставления молодежи и исповеданием веры для Церкви.

 

Катехизис признали подлинным шедевром христианской мысли; лишь немногие катехизисы могут сравниться с ним, и ни один из них не может превзойти его. Его единственный недостаток — ответы на вопросы слишком длинны для детской памяти и детского восприятия. Он был рассчитан, по-видимому, на более зрелый возраст. По этой причине уже в 1585 г. текст был сокращён. Однако ни одна попытка упростить текст не смогла вытеснить первоначальный вариант.

 

Как образец общедоступного изложения вероучения Гейдельбергский катехизис самый «либеральный» и самый популярный среди всех Исповеданий веры Реформатской Церкви. Немецкая Реформатская Церковь не признаёт помимо этого никакого другого катехизиса. Кальвинистское учение в катехизисе изложено с мудрой убеждённостью, но без резких и острых моментов. Возможно, в логике это считается недостатком, но в религии это — преимущество, поскольку религия шире и глубже, чем логика. Детям и народным массам сложно оценить метафизические различия и трансцендентальные тайны вечных Божьих декретов. Учение об избрании к святости и спасению во Христе (или позитивная и назидательная часть догмата о предопределении) изложено в катехизисе так, что оно становится источником смирения, благодарности и утешения (вопросы 1, 31, 53, 54); в нём ничего не говорится о двойном предопределении, вечном постановлении об осуждении и об ограниченном искуплении (ср. вопрос 37). Эти трудные моменты оставляются на личный суд верующих и на усмотрение теологии. Такая оговорка тем более примечательна, что авторы катехизиса (а также другие видные деятели Реформатской Церкви, за исключением на более позднем этапе Меланхтона) были строгими приверженцами доктрины предопределения.

 

 

План и расположение материала

 

Гейдельбергский катехизис построен по принципу послания к римлянам; он делится на три части. Первые два вопроса — вступительные. В первой части говорится о грехе и об «испорченности», «осквернении» человека (вопросы 3-11; ср. с Рим. 1:18-3:20). Во второй части говорится об искуплении человека Христом (вопросы 12-85; ср. Рим. 3:21-9:36). В третьей части говорится о благодарности искупленных людей, то есть о христианской жизни (вопросы 86-129; ср. Рим. 12-16). Вторая часть катехизиса самая длинная. В ней содержится объяснение всех артикулов Апостольского символа веры под тремя заголовками: Бог Отец, Бог Сын и Бог Святой Дух. Учение о Таинствах справедливо рассматривается именно в этой части, а не в отдельном разделе, как это делается в католическом и лютеранском катехизисах. В третьей части рассматриваются Десять Заповедей (Десятисловие) как правила послушания в свете искупления, а также Молитва Господня.

 

Такой порядок изложения материала соответствует развитию религиозной жизни и трём главным идеям: раскаянию, вере и любви. Концепция христианской жизни, будучи выражением благодарности за искупительную милость, является подлинно евангелической. В более ранних катехизисах пять-шесть разделов катехизиса, а именно, Символ веры, Десять Заповедей, Молитва Господня, Крещение и Вечеря Господня были связаны между собой механически; в Гейдельбергском катехизисе они объединены в единую органичную систему.

 

Мастерство составления вызывает восхищение при чтении всего катехизиса. Некоторые ответы являются признанными жемчужинами в истории катехизической литературы; например, определение веры (вопрос 21), провидение (вопросы 27 и 28), значение имени “христианин” (вопросы 31 и 32), блага вознесения (вопрос 49) и оправдание верой (вопрос 60).

 

 

Дух Гейдельбергского катехизиса

 

Гениальность Гейдельбергского катехизиса проявляется сразу же в первом вопросе, который содержит главную идею и задаёт тон. Он не превзойдён никем ни по глубине, ни по утешению или красоте, и раз запав в память, более не забывается. Он представляет христианство в его евангелическом, практическом, ободряющем аспекте, но не как повелительный закон, не как интеллектуальная схема и не как система внешнего соблюдения правил, а как наилучший дар Бога человеку, как источник мира и утешения в жизни и в смерти. Что более утешающее и в то же время более благородное и побуждающее к святой жизни, нежели уверенность в том, что мы целиком принадлежим Христу, нашему благословенному Господу и Спасителю, Который ради нас принёс в жертву на кресте Свою безгрешную жизнь? Первый вопрос и ответ на него в Гейдельбергском катехизисе являет собой всё Евангелие в двух словах — благословен тот, кто может повторить его своим сердцем и держаться его до конца.[4]

 

Трудно найти более евангельское определение веры, чем то, какое дано в вопросе 21: «Вера — это не только определённые знания, благодаря которым я считаю истиной всё то, что Бог открыл нам в Своём Слове; это также вера сердцем, поддерживаемая во мне Святым Духом через Евангелие в то, что не только мне, но и другим Бог даёт прощение грехов, вечную праведность и спасение исключительно по Своей благодати, только ради заслуг Христа». А какой богатый и утешающий урок мы извлекаем из суверенного Божьего Провидения в вопросе 28: «Мы должны быть терпеливыми в невзгодах, благодарными в процветании и, глядя в будущее, быть твёрдо уверенными в нашем истинном Боге и Отце, веря, что «никакая тварь» не может отлучить нас от Его любви, ибо все твари — в Его руках, и без Его воли не могут и шевельнуться».

 

Гейдельбергский катехизис — это труд, исполненный религиозного энтузиазма; он основан на глубочайших богословских познаниях; он руководствуется прекрасным здравым смыслом; он был крещён пятидесятническим огнём великой Реформации. Примечательно, однако, то, что он лишён полемического рвения и нетерпимости, которые так характерны для того на удивление беспокойного периода, когда в истории Церкви происходили поистине самые важные события после времён Христа и Его верных апостолов. Это творение, как сердца, так и ума; он полностью проникнут верой и утешением свыше. Его идеи библейские и ортодоксальные, хорошо подкреплённые умело подобранными доказательствами из Священного Писания.[5] Язык Гейдельбергского катехизиса — возвышенный, сжатый, выразительный, доходчивый и часто очень красноречивый. Это язык и молитвы, и наставления. Учитывая всё это, можно сказать, что Гейдельбергский катехизис — это больше чем книга. Это — «институт», и он будет существовать всё то время, пока существует Реформатская Церковь.

 

 

Сравнение Гейдельбергского катехизиса с Лютеранским и Вестминстерским катехизисами

 

Гейдельбергский катехизис стоит посередине между Кратким катехизисом Лютера, который был опубликован на тридцать четыре года ранее (1529 г.) и Вестминстерским Кратким катехизисом, который появился восемьдесят четыре года спустя (1647 г.).

 

Эти три катехизиса — самые популярные и наиболее широко распространённые в протестантизме; они до сих пор оказывают большое влияние на те Церкви, которые они представляют. Они обладают двойственным характером: это и катехизисы, и вероисповедальные документы. Их роднит евангелический дух и цель; они ведут непосредственно ко Христу, единственному Спасителю, и к Слову Божьему, единственному непогрешимому правилу христианское веры и жизни.

 

Лютеранский катехизис самый церковный из них; в нём порядок и расположение материала соответствует традиции Католической церкви. Он уделяет очень большое внимание Таинствам, рассматривая их в отдельных главах и соотнося их с Десятью Заповедями, Символом веры и Молитвой Господней. Два других катехизиса рассматривают Таинства в статье о вере. Лютер говорит о возрождении человека при крещении и о реальном присутствии Христа в Таинстве Причастия,[6] и даже сохраняет личную исповедь и отпущение грехов как квази-таинство. Гейдельбергский и Вестминстерский катехизисы лишены каких-либо остатков церковности и сакраментализма. О таинствах они учат в соответствии с кальвинистским учением, которое, однако, гораздо глубже учения Цвингли.

 

С другой стороны, Лютеранский и Гейдельбергский катехизисы отличаются от Вестминстерского катехизиса следующими моментами:

 

1. Они сохраняют Апостольский символ веры как основу изложения вероучения, в то время как Вестминстерский катехизис помещает его в приложении, заменяя прежний исторический порядок, который присутствует в Символе веры, новым логическим порядком изложения вероучения.

 

2. Они субъективны и обращаются к катехумену как к члену Церкви, который отвечает на поставленные вопросы исходя из своего реального, состоявшегося или будущего личного опыта. Вестминстерский катехизис, с другой стороны, объективен и безличен, давая ответ на вопрос в виде абстрактного суждения.

 

3. Они написаны живым, непосредственным языком жизни, тогда как Вестминстерский катехизис отдаёт дань схоластическому языку догмы. Вследствие этого, Лютеранский и Гейдельбергский катехизисы менее определённы, но более расширены в толковании и в большей мере заставляют человека размышлять, чем Пресвитерианский Вестминстерский катехизис, который, с другой стороны, намного превосходит первые два по краткости, сжатости и точности определений.

 

В целом, мы предпочитаем катехизический стиль и метод творческого периода Реформации — ибо он более библейский и более естественный — стилю и методу семнадцатого столетия (века схоластической ортодоксальности), хотя и откровенно признаём относительные достижения и исключительные достоинства Вестминстерского катехизиса.

 

Гейдельбергский катехизис отличается от Лютеранского катехизиса следующими моментами:

 

1. Своей полнотой и доскональностью, а, следовательно, он лучше подходит более зрелому возрасту. Преимуществом Лютеранского катехизиса является краткость и детская простота, а, следовательно, он подходит очень молодым. Гейдельбергский катехизис содержит сто двадцать девять вопросов и ответов, а Лютеранский — только сорок девять, и из них только три посвящены объяснению Апостольского символа веры, в то время как Таинствам уделено несоразмерно большое внимание.

 

2. Гейдельбергский катехизис приводит Десять Заповедей полностью, согласно Исход 20, следуя старому иудейскому и греческому делению текста, который был принят лучшими толкователями. Лютеранский катехизис приводит Десять Заповедей в сокращённом виде, следуя католическому делению текста, опуская вторую заповедь и деля десятую заповедь на две.

 

3. Краткое содержание Закона, через который приходит осознание греха, Гейдельбергский катехизис приводит в первой части (вопросы 3 и 4), тогда как Десять Заповедей объясняет в третьей части, рассматривая его в христианском аспекте как постоянное жизненное правило. Лютеранский катехизис рассматривает Закон в его иудейском или педагогическом аспекте, представляя его в роли школьного учителя, ведущего людей к Христу, и, следовательно, ставит Закон в начале до Апостольского символа веры. Урсин правильно замечает: «Десять Заповедей относятся к первой части, так как это — зеркало нашего греха и разложения. Но он также относится и к третьей части, так как он — правило нашего нового послушания и христианской жизни».

 

4. Приводя Апостольский символ веры, Гейдельбергский катехизис сохраняет слова «святая Кафолическая Церковь», добавляя «христианская», а в Лютеранском катехизисе слово «Кафолическая» опущено, а вместо него стоит «христианская». Есть также небольшое словесное различие.

 

5. В Молитве Господней Гейдельбергский катехизис использует современную форму «Наш Отец». В Лютеранском катехизисе (но не в переводах Мф. 6:9 и Лк. 11:2, выполненных Лютером) используется латинская и древненемецкая форма «Отец наш»; немецкие лютеране упорно придерживаются этого выражения. В Гейдельбергском катехизисе Молитва Господня делится на шесть прошений (согласно греческим толкователям); в ней говорится: «избавь нас от злого (лукавого)», то есть от дьявола (vom Bosen). В Лютеранском катехизисе (согласно св. Августину) Молитва Господня содержит семь прошений и в ней говорится: «избавь нас от зла» (vom Uebel); здесь мы видим совпадение с английским вариантом.

 

Различия между Гейдельбергским и Вестминстерским катехизисами объясняются, главным образом, национальной принадлежностью. Если есть выбор, немцы предпочитают пользоваться Гейдельбергским катехизисом, а шотландские и английские пресвитериане — Вестминстерским катехизисом. Преимущество Вестминстерского Краткого катехизиса — его сжатость и точность. Можно было бы сделать лучший катехизис, объединив достоинства Гейдельбергского и Вестминстерского катехизисов. Благочестие, выраженное в них, также носит разный характер: один — более эмоциональный и «сердечный»; второй — более схоластический и интеллектуальный. Это видно сразу же в первом вопросе. Гейдельбергский катехизис спрашивает: «Что является вашим единственным утешением в жизни и смерти?», а Вестминстерский катехизис спрашивает: «В чём состоит основное предназначение человека?» Первый вопрос проникает в самую суть евангельского благочестия — в мистический союз верующего с Христом; второй вопрос восходит к сотворению мира и Божьей славе. Но в обоих случаях проповедуется один и тот же Бог и Христос, один и тот же путь спасения, которым Бог прославляется, а человек поднимается к вечному блаженству в своём обладании этим.

 

 

История катехизиса

 

Гейдельбергский катехизис был встречен с большой радостью. Сначала он был введён в церкви и школы Нижнего Палатината. Верхний Палатинат, находившийся под правлением Людовика (старшего сына Фредерика III), оставался строго лютеранским.

 

Но, как и всякой хорошей книге, катехизису пришлось пройти через испытания и огонь мученичества. Даже до выхода катехизиса из печати Гейдельбергский Синод, который в декабре 1562 г. принял катехизис в рукописи, подвергся нападкам анонимного автора, который в своём письме, помимо критики, предлагал различные меры.[7] После опубликования катехизис подвергся жестокой критике со стороны приверженцев строгого лютеранства за его, дескать, цвинглианские и кальвинистские ереси, а также со стороны иезуитов из-за осуждения в восьмидесятом вопросе идолопоклонства народных масс. Первыми противниками катехизиса были лютеранские князья (маркграф Карл II Бадденский, граф Кристофер Вюртембергский, пфальцграф Цвайбрёкенский) и лютеранские священнослужители (Хесхузий, Флаций, Бренц и Андре). Урсин написал хорошую апологию своего катехизиса, которая включена в несколько старых изданий, начиная с 1584 г. В апреле 1564 г. в Маулбронне был проведён теологический коллоквиум, на котором богословские руководители лютеранского графства Вюртемберг и реформатского Палатината в присутствии своих князей спорили в течение шести дней по поводу Евхаристии и вездесущности Тела Христа, но безрезультатно. Обе стороны были убеждены в своём собственном мнении, хотя наилучшие аргументы были у представителей Реформатской Церкви.

 

Фредерик III, несмотря на то, что ссылался на Меланхтона и на изменённое Аугсбургское Исповедание, был открыто обвинён в отступничестве от лютеранской веры; ему пригрозили исключением из мирного договора империи. Даже император Максимиллиан II, либеральный по духу, написал ему письмо протеста. Судьба Фредерика III должна была быть решена на Аугсбургском синоде 1566 г. На этом критическом для него собрании благочестивый курфюрст храбро защищал свой катехизис, который, как он сказал, был взят прямо из Библии и который так хорошо подкреплён библейскими текстами, что его нельзя победить. Он заявил, что готов согласиться с какой бы то ни было Божьей истиной, если кто-нибудь сможет показать ему в качестве доказательства более лучший текст из Священного Писания, чем те тексты, которые приводит он. Рискуя своей короной и своей жизнью, Фредерик III отстаивал своё исповедание с величайшим благородством и героизмом, что напоминает нам поведение Лютера на Вормском синоде. Даже его лютеранские противники были восхищены им и оставили его в покое с его верой. «Почему вы преследуете этого человека?» — сказал маркграф Баденский — «у него больше благочестия, чем у всех нас вместе взятых». Курфюрст Август Саксонский сказал то же самое в тот памятный день.

 

Таким образом, Гейдельбергский катехизис получил право на некоторое легальное существование в Германской империи, хотя Реформатская Церковь получила официальный статус и стала отличаться от Лютеранской Церкви только в Вестфальском договоре после окончания Тридцатилетней войны.

 

Война принесла ужасное разорение и небывалую нищету в Гейдельберг и Палатинат, которые в 1622 г. были опустошены безжалостным Тилли (главнокомандующий императорскими войсками). Затем при Людовике XIV последовали нашествия Тюренна, маршала де Лоржа и других. Палатинат на время даже попал в руки римско-католических правителей (1685 г.) и никогда уже не смог вернуть былую славу. Тысячи протестантов эмигрировали в Америку, где они распространили катехизис в Пенсильвании; поэтому то, что было потеряно в старом мире, было найдено в новом. Индифферентность и рационализм восемнадцатого столетия способствовали тому, что все вероисповедальные документы были заброшены и не использовались. В девятнадцатом веке вера вновь вернулась, а с ней и уважение к Гейдельбергскому катехизису. Но в связи с тем, что в Великом Баденском графстве, в котором находился и Гейдельберг, был создана уния Лютеранской и Реформатской Церквей, Гейдельбергский катехизис был объединён с Лютеранским катехизисом, и на их основе был создан новый катехизис.

 

История Гейдельбергского катехизиса выходит за пределы страны, в которой он появился. Он хорошо «привился» в других странах, где его влияние было велико. Вскоре после своего появления его достоинства были оценены всеми немецкоязычными Реформатскими Церквами. Он был введён в Восточном Фрисланде, Юлихе, Клеве, Берге, Вуппертале, Бремене, Гессе, Касселе, Анхальте, Брандербурге, в Восточной и Западной Пруссии, в свободных имперских городах, в Венгрии, Польше и в нескольких кантонах Швейцарии, таких как Санкт-Галлен, Шауфхаузен и Берн. В королевском доме Пруссии даже после введения объединённого катехизиса он по-прежнему использовался для воспитания принцев.

 

Гейдельбергский катехизис окружён целым рядом научных трудов, занимающих важное место в истории реформатской теологии. Выдающиеся профессора брали его за основу своих университетских лекций.

 

Но ни в одной стране Гейдельбергский катехизис не пользовался таким почетом, как в Нидерландах и его отдалённых колониях в Азии и Африке. Он вскоре заменил собой катехизисы Кальвина и Ласки. Везельский (1568 г.), Эмденский (1571 г.) и Дортский (1574 г.) Синоды рекомендовали его и предписывали пользоваться им. Священнослужители были обязаны объяснять катехизис народу каждое воскресенье на дневном богослужении (то есть, пятьдесят два раза в год). В начале XVI века арминиане потребовали пересмотра катехизиса, чтобы убрать из него то, против чего они возражали. Но знаменитый Генеральный Синод в Дордрехте после тщательного рассмотрения воспротивился каким-либо изменениям и на своём 148-ом заседании 1 мая 1619 года единодушно вынес следующее решение: Гейдельбергский катехизис «представляет собой очень точное руководство ортодоксальной христианской веры. Составленный с исключительным мастерством, он не только доступен пониманию молодёжи, но также хорошо подходит для наставления более зрелых людей. Поэтому можно продолжать использовать его для назидания верующих в Бельгийских церквах, и он обязательно должен быть сохранён». Это решение было одобрено всеми присутствующими на Синоде иностранными делегатами из Германии, Швейцарии и Англии; таким образом, катехизис имеет экуменическое значение для сообщества Реформатских Церквей.

 

Гейдельбергский катехизис также пользовался большим авторитетом в Шотландии, где он часто издавался (с разрешения государства) даже после того, как был введён Вестминстерский Краткий катехизис. Он вытеснил собой катехизис Кальвина, но в свою очередь был вытеснен катехизисом Крейга, а катехизис Крейга был вытеснен Вестминстерским катехизисом.

 

Гейдельбергский катехизис пересёк Атлантический океан и оказался на о. Манхеттен (в 1609 г.) вместе с первооткрывателем реки Гудзон. Он был первым протестантским катехизисом, появившемся на американской земле. Сто лет спустя немецкие эмигранты, уехавшие из Палатината в связи с папистскими преследованиями и тиранией, завезли Гейдельбергский катехизис в Пенсильванию и другие американские колонии. С тех пор он — весьма почитаемый исповедальный документ Голландской и Немецкой Реформатских Церквей в Америке; и он будет использоваться там до тех пор, пока эти Церкви будут существовать как отдельные конфессии, или даже если они объединятся с более многочисленной Пресвитерианской Церковью.

 

Одним из первых действий объединённой Пресвитерианской Церкви в США было официальное разрешение использования Гейдельбергского катехизиса в любой общине, которая того пожелает. Это решение было принято на заседании Генеральной Ассамблеи в Филадельфии в мае 1870 г.[8]

 

В 1863 г., три столетия спустя после первой публикации Гейдельбергского катехизиса, он стал свидетелем больших торжеств в свою честь (даже больших, чем в Германии и Голландии) в стране, где никогда не были его авторы, и на языке, который его авторы, вероятно, никогда не слышали. Подобная честь была оказана Реформации в 1817 г. и Аугсбургскому Исповеданию в 1830 г., но никогда никакому другому катехизису.

 

В Германии празднование трёхсотлетия выхода в свет Гейдельбергского катехизиса было оставлено на усмотрение отдельных пасторов и общин. В связи с этим событием появилось несколько ценных публикаций.

 

В США вся Немецкая Реформатская Церковь широко отмечала эту годовщину. Ею воспользовались как прекрасным случаем для всеобщего обновления богословской и религиозной жизни, публикации юбилейного издания катехизиса, учреждения «трехсотлетнего» профессорского фонда в семинарии и сбора крупных денежных сумм для церквей, миссий и на благотворительные цели. Все эти цели были достигнуты. Торжества завершились всеобщим съездом священнослужителей и мирян в Филадельфии, который длился целую неделю (17-23 января 1863 г.), несмотря на бушевавшую вокруг гражданскую войну. В двух церквах, переполненных внимательно слушающими прихожанами, были зачитаны двадцать интересных и поучительных эссе, посвящённых катехизису и смежным темам, которые были специально написаны для этого случая выдающимися немецкими, голландскими и американскими теологами. Лютер, Кальвин, Цвингли, Меланхтон, Фредерик III, Урсин и Олевиан как бы восстали из своих могил, дабы рассказать американской аудитории об идеях, испытаниях и триумфе творческой и героической эпохи Реформации. В общем и целом, 1863 г. является эпохальным в истории Гейдельбергского катехизиса и Немецкой Реформатской Церкви Америки.


[1] Историческое название пфальцграфства.

[2] На дверях своего кабинета Олевиан написал предупреждение: «Amice, quisquis huc venis, aut agita paucis, aut abi, aut me laboranten adjuva».

[3] Наконец, в середине 90-х гг. XX века катехизис был переведён и на русский язык. Катехизис приобретает всё большую и большую популярность среди русскоязычных христиан. — Прим. ред.

[4] В предисловии к изданию катехизиса, посвященному трехсотлетию его выхода в свет, доктор Ньювин говорит: «Никакой другой вопрос катехизиса не вызывал большего восхищения».

[5] Вопрос 44 вряд ли является исключением. Заключённая в нём идея — не ошибка сама по себе. Это лишь неправильное толкование догмата Апостольского символа веры о том, что Христос спускался в ад (в гадес, преисподнюю). Иными словами, в катехизисе ад определяется как место, где души находятся в период между смертью и воскресением в соответствии со Священным Писанием (Лк. 23:43; Деян. 2:27,31; 1 Пет. 3:19,4:6; Еф. 4:9,10), в то время как катехизисы, соответствующие учению Кальвина и Ласки, понимают это иносказательно, как страдания Христа на кресте.

[6] Имеется в виду реальное присутствие Тела и Крови Христа «в, с и под» дарами. — Прим. перев.

[7] В этом любопытном документе лютеранский автор, вероятно, диссиденствующий член Синода, приводит перечень мер по введению катехизиса и предлагает исключить из него ряд искажений, сопровождая свою критику резкими замечаниями на полях, как, например: «Это — ложь, противоречащая Слову Божьему», «это — анабаптистская ересь», «это — цвинглианство» и т.д.

[8] На этой Ассамблее единодушно было принято следующее постановление: «Постановляется: Генеральная Ассамблея признаёт Гейдельбергский катехизис ценным руководством, излагающим христианское вероучение и обязанности христианина. Если какой-либо приход желает использовать его для обучения детей, он может это делать, на что даётся согласие настоящей Ассамблеи

Евангельская Реформатская Семинария Украины

  • Лекции квалифицированных зарубежных преподавателей;
  • Требования, которые соответствуют западным семинарским стандартам;
  • Адаптированность лекционных и печатных материалов к нашей культуре;
  • Реалистичный учебный график;
  • Тесное сотрудничество между студентами и местными преподавателями.

Этот материал еще не обсуждался.