10.09.2014
Скачать в других форматах:

Ханс Марис

Особенности харизматического движения

 

1.    Неоплаченные счета?

По крайней мере, это сильное переживание

Что, собственно, представляет собой современное евангельское и харизматическое движение? Как мыслят христиане этого движения? Опирается ли их мышление на какую-то теорию?

Как говорят многие приверженцы этого движения, речь идет не теории, а об опыте. Это притягивает многих, в том числе и реформатов. Их притягивает не то, как мыслят представители этих движений, а то, что там происходит.

Люди там изменяются необыкновенным образом. Опыт особых даров Духа приходит как дополнительное благословение, на которое не обращают никакого внимания в традиционных церквях.

Их собрания и богослужения излучают дух свободы. Считается, что Сам Дух Божий говорит к ним непосредственно. Это существенно отличается от «формальных» богослужений в реформатских церквях.

Стоит ли за этим какое-то особое богословие? Или же просто суть в том, что старым церквям недостает живой связи с Богом? В прошлом веке немало христиан из традиционных церквей пришли к заключению, что им чего-то не хватает. Многие впоследствии искали «прибежище» во всевозможных харизматических «группах».

 

Испытывать духов

Было бы неоправданным упрощением просто ссылаться на известное выражение, что любые секты – это неоплаченные счета церкви. Движения и группы в церкви и вне ее возникают не только как следствие определенных недостатков церкви. Иногда заблуждения возникают в тех областях, где сложно усмотреть вину церкви. Минувшие столетия богаты такими примерами. То, что людей в церкви притягивают новые идеи, может означать и другое. Оно может быть результатом человекоцентричного «евангелия», которое обращено к человеку и потому притягивает его.

В любом случае, следуя библейской заповеди, нам надлежит «испытывать духов» (1 Ин. 4:1).

И все же притягательная сила харизматического и евангельского течения побуждает реформатскую церковь еще раз посмотреть на себя в зеркало. Но в зеркало Слова Божьего, а не в зеркало евангельского движения.

 

Не достает ли нам чего?

Поставленный вопрос – не достает ли нам чего? – часто поднимался в церкви. К нему церковь обращалась и раньше. Нам стоит и сейчас обратить внимание на ответы, которые давала церковь на протяжении веков.

Когда в церквях реформатского исповедания обнаруживает притягательную силу харизматическое движение, нам следует разобраться, в чем заключается его суть. Поэтому нужно обратить внимание на те библейские выражения и истолкования, которые играют большую роль в харизматическом христианстве.

В этой статье сначала описываются несколько «харизматических движений», которые возникали в истории церкви. Затем вкратце описаны мотивы, которыми руководствовались подобные движения в прошлом и в настоящем. С библейских, реформатских позиций я попытаюсь дать пищу для размышлений и материал для «испытания духов».

Такая структура статьи предполагает, что в ней поднимаются темы, которые отдельно рассмотрены в других частях этого сборника. Здесь же предлагается более общий взгляд на харизматическое мышление и опыт.

 

Критический взгляд на «свои» церкви

Критический вопрос, который мы ставим по отношению к традиционным протестантским церквям, можно даже заострить. Исповедание реформатов – к каким бы союзам они теперь ни принадлежали – подразумевает связь с наследием Реформации. В связи с темой статьи представляется оправданным назвать Реформацию самым великим движением пробуждения за последние пятьсот лет. Но не случилось ли так, что по сравнению с тем временем религиозные убеждения современных реформатов потеряли силу? Живы ли сегодня сильные убеждения и твердые основания? Церковь двадцать первого века не может покоиться на самодовольной правоте. Если мы критически исследуем мысли других, то должны так же относиться и к своим собственным! И здесь речь не только о нашей теологии, но и о духе, которым мы исполнены.

 

2.    История опыта

Харизматическое движение во времена Реформации

В шестнадцатом веке Реформация столкнулась с различными группами (в частности – анабаптистами и спиритуалистами), которые хвалились прямыми откровениями и вдохновением от Святого Духа.

В этих группах люди пренебрегали средствами благодати, которые церковь уже получила в соответствии с обетованиями Писания. Неудивительно, что отношения между протестантами и анабаптистами были сложными и напряженными. Для реформаторов главной опорой для веры была ясность Евангелия Божьей благодати. А вот для упомянутых движений более важным было прямое откровение Духа. Реформаторам зачастую было сложно противостоять этим движениям, потому что они отличались фанатизмом и эффектными проявлениями харизматического лидерства. По сравнению с ними Реформация была более выдержанным и осторожным движением.

Тем не менее, в дальнейшей истории церкви мы встречаемся с новыми устремлениями к чему-то большему, чем Слово, к чему-то большему, чем Евангелие Иисуса Христа.

 

Джон Уэсли (1703-1791) и методизм

Прошло уже три столетия после рождения Джона Уэсли, но его имя все еще у всех на слуху. Методизм, ставший плодом его жизни (а также его друга Джорджа Уитфилда), можно в определенном смысле назвать колыбелью для евангельских движений нашего времени во всем их разнообразии. Несомненно, притягательная сила методизма заключается в том, что Уэсли делал большой акцент на опыте, переживаниях.

Уэсли двигался в русле традиции Реформации, подчеркивая необходимость личной веры в Бога для обретения прощения и примирения с Богом. И все же вера для него имеет несколько иное значение. Хотя он много говорит о вере, на самом деле он акцентирует внимание на обретении внутренней уверенности в том, что человек есть Божье дитя. Согласно Уэсли, в самой вере этой уверенности еще нет. Вера – это «врата религии». Внутренняя же уверенность следует за этими вратами и переживается человеком на опыте.

Характерным является описание Уэсли своего обращения 24 мая 1738 года. Эта дата вполне справедливо рассматривается как начало методистского движения. «Вечером я неохотно отправился на встречу на Алдерсгейт-стрит, где читалось Предисловие Лютера к Посланию к Римлянам. Примерно без четверти девять, когда читали слова Лютера о переменах, которые Бог производит в сердце через веру во Христа, я почувствовал, как мое сердце странным образом согрелось и смягчилось. Я ощутил, что для спасения действительно доверился Христу и одному лишь Ему; мне было дано заверение, что Он снял с меня мои грехи, именно мои грехи, и спас меня от закона греха и смерти» (из дневника Уэсли).

Различие между Уэсли и реформаторами состоит в том, что для него отправной точкой всегда является человек. Чувства и опыт для него – характерные признаки веры. Вера достигает полноты только в непосредственном опыте Божьей благодати. Вера не столько указывает на отношения со Христом, сколько на средство для получения или достижения того, что следует за этим.

В богословии Уэсли это понимание веры проявляется также в его акценте на освящении. Вопросы, которые он ставил в кругу своих соработников-пасторов, ясно указывают на это: «Молитесь ли вы постоянно? Радуетесь ли вы ежесекундно в Боге? Благодарите ли Бога во всех случаях? При  утрате? В страдании? В болезни, усталости, разочаровании? Ничего ли вы не требуете? Не боитесь ли? Чувствуете ли вы непрестанно любовь Божью в своих сердцах? Уверены ли вы, что все сделанное и сказанное вами угодно Богу?»

Таким подходом Уэсли оказывал на людей значительное психологическое давление. В христианской жизни на первом плане стоял сам человек. Суть уже состояла не в том, что вера обращена к познанию Христа и Его благодеяний (как это понимали во время Реформации), а в том, чтó человек эмоционально переживает.

Другими словами, Уэсли говорит не столько о том, как вера полагается на Божьи обетования во Христе, не столько о ее борьбе, росте и искушениях, сколько о самом результате веры – о христианской жизни и опыте, которые свидетельствуют об истинности веры.

Неудивительно, что Уэсли очаровывала личность Монтана (II век).  Уэсли рассматривал его как великий образец угодных Богу плодов. Около 160 года в Малой Азии Монтан объявил себя новым пророком вместе с другими двумя пророчицами – Максимиллой и Присциллой. Монтан был убежден, что все они получили пророческий дар, и им были даны видения Христа и апокалиптические видения. Монтан считал себя трубачом и пророком Святого Духа. Тем самым откровение, полученное апостолами, было «усовершенствовано». Это новое пророчество имело бóльшую власть, чем пророчества из прежних периодов откровения (период Закона и период Евангелия). Наступившая эпоха Святого Духа фактически заменила эпоху Христа.

Церковь осудила монтанизм как лжепророчество – в том числе и потому, что он принижал Христа (см., например, «Церковную историю» Евсевия, IV век). Тем не менее, влияние монтанизма ощущалось еще длительное время, в частности потому, что один из отцов церкви, Тертуллиан, около 200 года присоединился к этому движению и оказывал умеренное влияние на крайности этого движения.

 

Движение святости в девятнадцатом веке

Движения пробуждения XVIII века в Англии и Америке, в которых ощущалось влияние методизма, в XIX веке трансформировались в то, что стали называть «движением святости».

Несмотря на все разнообразие внутри этого движения, главным его стержнем остается вера в то, что христианин после возрождения и уверования во Христа должен пройти через более глубокий опыт, обычно обозначаемый как «крещение Святым Духом». Люди по-разному объясняют этот опыт, но все лидеры этого международного движения имеют в виду один и тот же опыт, называя его «волнами преизобильной любви» и иногда даже описывая его как телесное ощущение «электрических волн».

Представителей «движения святости» можно назвать предтечами пятидесятнического и харизматического движения. До сих пор в пятидесятнических и харизматических кругах распространяются и высоко ценятся труды таких проповедников, как южноафриканец Эндрю Мюррей (1828-1917) и американцы Чарльз Финни (1792-1875) и Рубен Торри (1865-1928). Относительно Торри небезосновательно говорят, что его взгляды обеспечили теологические основание для пятидесятничества. В частности, значительное влияние оказала его мысль о том, что христианин должен сам сделать необходимые шаги к достижению желанного дополнительного благословения Святого Духа. Сам Торри выступал категорически против «движения говорения на языках» (как его называли в начале ХХ века), но фактически его мышление послужило примером для этого движения.

В том, что воле человека приписывается решающая роль в обретении желанного благословения, можно усмотреть арминианские убеждения. Не Божья благодать, а решение человека имеет определяющее значение. Человек должен прийти к заключению, что ему недостаточно «всего лишь» благодати Господа Иисуса Христа.

 

Пятидесятническое движение начала ХХ века

Пятидесятническое движение возникло на рубеже XIX и XX веков. Тогда проповедники из движения святости организовывали множество служений пробуждения. Одним из них был Чарльз Пэрхэм (1873-1929). В 1900 году он открыл библейскую школу в городе Топека (Канзас). Пэрхем внушал своим студентам, чтобы они духовно приготавливались для обретения тех же даров, какие были получены христианами в день Пятидесятницы в Иерусалиме.

Напряженное ожидание подогревалось месяцами. В атмосфере поста, многочасовых и очень эмоциональных молитв наступил новый 1901 год. Тогда студенты получили столь желанный дар иных языков – после возложения на них рук Пэрхэмом. Сам он также получил этот дар.

Следует обратить внимание на то, как Чарльз Пэрхэм формулировал фундаментальный догмат движения. Он утверждал, что говорение на языках – это подтверждение того, что человек получил крещение Святым Духом. В этом смысле Пэрхэма можно назвать отцом пятидесятничества. То, что его имя теперь предпочитают не упоминать, связано с его расистскими взглядами и с тем, что он был смещен со своего поста в связи с уличением его в сексуальных грехах.

Вторая важная стадия в истории пятидесятничества связана с одним из студентов Пэрхэма, чернокожим проповедником Уильямом Сэймуром (1870-1922). В 1906 году в Лос-Анджелесе на его служения на Азуза-стрит стекались огромные толпы. На территории пустовавшей фабрики в продолжение трех лет днем и ночью непрестанно проводились служения. Оттуда это движение распространилось по всему миру. Утверждалось, что христианин, который не обладает этим дополнительным опытом чудесного дара Духа, – убогий и неполноценный.

 

Харизматическое движение с 60-х годов ХХ века

Основатели пятидесятничества не хотели создавать нового, отдельного движения наряду с другими церквями. Они хотели принести обновление в уже существующие церкви. Тем не менее, между церквями и пятидесятничеством оставалась определенная пропасть.

Спустя пятьдесят лет, в 60-е годы ХХ века был переброшен своего рода мост между церквями и этим движением. Люди, которые соприкоснулись с представителями пятидесятнического движения (обычно это соприкосновение было буквальным: через рукоположение) и обрели «высший» опыт, не покидали свои общины, а способствовали их обновлению. Эффектные проявления – говорение на языках, пророчества, исцеления – вызывали огромный ажиотаж. Пятидесятническое движение, зародившееся в протестантских кругах Америки, стало международным. Спустя несколько лет зародилось также особое движение внутри римско-католической церкви. Касательно характерного для харизматического движения особого «опыта», не было фактически никаких различий между харизматами внутри протестантизма и католичества. «Дополнительный» опыт везде рассматривался как один и тот же опыт, «опыт Духа».

В связи с тем, что харизматическое движение развивалось внутри существующих церквей, в нем уделялось больше внимания богословским вопросам, чем в пятидесятничестве. Кроме того, оно отличалось от пятидесятничества бóльшим экуменическим акцентом и тем, что в нем духовные «дополнения» сочетались с осознанием социальных и политических последствий веры. Первые пятидесятники не уделяли внимания этому вопросу. В первые восемьдесят лет существования пятидесятнического движения сложно было говорить о каких-то пятидесятнических теологических размышлениях или социальной вовлеченности. Однако сейчас ситуация изменилась. Пятидесятнические и харизматические служители сближаются друг с другом. Пятидесятничество играет также определенную роль в экуменическом движении.

 

Нововведения в церквях: Альфа-курс

Харизматическое влияние ощущается не только в организованных и вполне сформированных движениях в церквях – таких, например, как Харизматическое сообщество в Нидерландах. Харизматические идеи привносятся в церкви и другими путями. В списках Евангельского Альянса и Евангельского радиовещания значится множество организаций, которые распространяют харизматический опыт. Литература, которую выпускают в таких харизматических издательствах, как «Гедеон», не обязательно содержит в себе харизматические идеи, но нередко они там все-таки присутствуют, причем это не всегда признается открыто.

В Нидерландах большое влияние оказал так называемый Альфа-курс, который был разработан англиканским священником Ники Гамбелом. Этот умело созданный курс нацелен на людей, которые еще не знакомы или мало знакомы с христианской верой, и предлагает нечто такое, чего не было раньше. В книге Ники Гамбела, которая основана на Альфа-курсе и получила название «Жизненные вопросы», пространно говорится об исполнении Святым Духом, причем в таком ключе, который был изначально характерным для пятидесятничества. Главная мысль ясна: христианин, который еще не исполнен Святым Духом, будет испытывать трудности в своей христианской жизни. А вот после опыта исполнения Святым Духом все меняется. Человек излучает энтузиазм. Служение в церкви становится успешным и продуктивным. Хотя все христиане имеют Святого Духа, не все исполнены Святым Духом. Согласно описанию Гамбела, исполнение Святым Духом – это необыкновенный опыт, когда Божья любовь наполняет человека и овладевает им. В разделе, посвященном этому вопросу, автор уделяет очень большое внимание дару говорения на иных языках. Хотя он отмечает, что этот дар дан не каждому, тем не менее считает обладание таким даром нормой для христианина. Человек должен сотрудничать со Святым Духом (это же утверждается и в пятидесятнической литературе) и делать необходимые шаги, чтобы исполниться Святым Духом и получить дар иных языков. Человек также должен упорно следовать этому пути, чтобы получать больше и больше благословений.

Ники Гамбел ссылается на отрывок из 1 Кор. 12:13, в котором говорится, что «все мы одним Духом крестились … и все напоены одним Духом». Он добавляет свое объяснение: «Нет каких-то двух «сортов» христиан. Все христиане получили Духа. Все имеют духовные дары». Однако в следующем разделе под названием «Как мне исполниться Святым Духом?» автор постоянно проводит разницу между теми, кто исполнен, и теми, кто не исполнен Святым Духом. Это именно то разделение внутри церкви, которое так характерно для пятидесятнического учения.

Безусловно, популярность Альфа-курса во многом связана с его позитивными сторонами. То, что курс получил широкое распространение в церквях реформатского исповедания, объясняется и тем, что он распространялся евангелизационным отделом Реформатского Альянса (Gereformeerde Bond), совместно с нидерландским отделением общества «Новое Вино». Это весьма примечательно и характерно. Нельзя не отметить некое простодушие, с которым люди привносят в церковь харизматические идеи, не всегда сознавая это.

 

3.    Характерные особенности

Христос и Дух

Дух: больше, чем Христос

Центральное место в харизматическом учении и опыте занимает Святой Дух. При этом следует заметить, что о Личности и деяниях Святого Духа рассуждали не только в харизматических кругах. Еще во времена Реформации богословы глубоко вникали в эти вопросы. Пятидесятница – праздник излияния Святого Духа – имела большое значение в жизни верующих. Ведь с тех пор церковь стала храмом Святого Духа. В трудах реформаторов особенно подчеркивалось то, что именно Святой Дух приводит людей ко Христу. Разумеется, в пятидесятническом учении о Святом Духе есть свои особенности, но эти особенности создают впечатление существования какой-то конкуренции между изобилием Святого Духа и верой в Иисуса Христа. Кто верит во Христа, тот на верном пути, но все еще не прошел по нему достаточно далеко. Кто получает более глубокое познание и дары Святого Духа, тот открывает больше богатств, чем те, кто придерживается принципа Реформации: только Христос.

Естественно, харизматы признают, что Христос нужен для прощения грехов. Однако они утверждают, что вслед за прощением следует нечто большее. Говоря о Христе, харизматы часто употребляют словосочетание «всего лишь»: всего лишь прощение, всего лишь крест, всего лишь благодать. Только познание Святого Духа переводит на «высший» уровень. Работа Иисуса Христа важна для примирения, но только Святой Дух приносит исполнение, осуществление и наполнение. Победа над смертью и болезнями, достижение более полноценной христианской жизни, переживание чего-то высшего и духовного посредством особых даров, которыми наделяет Святой Дух – все это может прийти через Духа в жизнь христианина.

В частности, через крещение Святым Духом (или в Святого Духа) христианин переносится на более высокий уровень. Именно тогда христианин познает на своем опыте, что Святой Дух живет в нем и наполняет его Своей собственной Божественной жизнью.

При этом я признаю, что среди людей, которых я встречаю в этих движениях, есть много искренно исповедующих Иисуса Христа и преданных Ему. Именно благодаря имени Христа мы находим там братьев и сестер. Однако проповеди, под влиянием которых они находятся, призывают и к тому, чтобы искать нечто больше, чем это имя. Конечно, не всегда прямым текстом говорится, что Святой Дух предлагает нечто большее по сравнению с тем, что предлагает Иисус. Но иногда это говорят прямо – как, например, уже упомянутый нами Монтан, а также средневековый мистик Иоахим Флорский, который учил, что наступила эпоха Святого Духа, а значит время Отца (Ветхий Завет) и Сына (Новый Завет) остались в прошлом. Когда харизматические проповедники соглашаются с таким образом мысли, тем самым они показывают, что ожидают от Духа больше, чем от Сына.

Такой акцент на Святом Духе всегда вызывает вопрос, не лишает ли он Христа центрального места в христианской жизни и богословии. Действительно ли в Писании утверждается, что от Духа можно ожидать чего-то большего или иного, чем от Христа?

 

В свете Библии

Конечно, мы должны оценить мысль о том, что Святой Дух дает нам больше, чем Иисус Христос, с библейских позиций. Следует поразмыслить в особенности о нескольких отрывках из Нового Завета. В первую очередь важным представляется то послание, в котором апостол Павел пространно пишет о дарах Духа. Это Первое послание к коринфянам. В 1 Кор. 2:2 апостол написал, что его провозвестие заключено в одном: в Иисусе Христе и притом распятом.

Есть также послание, в котором развивается тема полноты. Это Послание апостола Павла к колоссянам. В этом послании лишь однажды упоминается о Святом Духе, причем вскользь (Кол. 1:18). Знаменательно, что сразу после этого упоминания сказано, что полнота нам дарована во Христе: «благоугодно было [Отцу], чтобы в Нем [то есть во Христе] обитала всякая полнота» (Кол. 1:19). Павел ясно дает понять, что все его усилия направлены на то, чтобы сердца христиан нашли утешение, чтобы они соединились в любви «для всякого богатства совершенного разумения», чтобы они познали тайну Бога, Иисуса Христа, «в Котором сокрыты все сокровища премудрости и ведения» (Кол. 2:2,3).

В этой же главе Павел – под вдохновением Святого Духа – предупреждает об опасности стремления к «высшему» опыту. Очевидно, такие поползновения были характерны для общины в Колоссах. Павел утверждает, что любой член местной общины, проявляя такие стремления, ошибается, «вторгаясь в то, чего не видел, безрассудно надмеваясь плотским своим умом» (Кол. 2:18). Далее Павел показывает, что теряет такой человек: он «не держится главы», Христа (Кол. 2:19). В этом-то и таится опасность: мы рискуем уйти от Главы, от Иисуса Христа.

Тот, кто проявляет надлежащее отношение к таким словам о Христе (а весь Новый Завет говорит о Его славе!), сознает, что это вовсе не пустяк, если мы словно прячем Господа Иисуса за Его Духом. Это также не соответствует тому, как Иисус давал обетование о Святом Духе. Когда Спаситель обещал послать Утешителя, Он ясно дал понять, что работа Святого Духа будет направлена на то, чтобы прославить Самого Христа! Иисус говорит: «Он прославит Меня, потому что от Моего возьмет и возвестит вам» (Ин. 16:14). Работа Святого Духа, исходящего от Отца, состоит в свидетельстве о Христе (Ин. 15:26). Когда незадолго до Своих крестных страданий Иисус молился о Своих учениках и о тех, кто уверует по их слову, Он просил Отца также о том, чтобы разделить с ними Свою славу и так чтобы они были все едино, и «да познает мир, что Ты послал Меня и возлюбил их, как возлюбил Меня» (Ин. 17:20-23).

Отец услышал молитву Сына: был послан Святой Дух, Который в продолжение веков осуществляет то, о чем просил Иисус. Но эта слава остается славой Христа. Невозможно представить, чтобы Святой Дух рассказал нечто такое, что не преисполнено Христом. Невозможно представить, чтобы высказывания о Святом Духе оттеняли или отодвигали на второй план высказывания о Господе Иисусе Христе.

По мудрости, данной Святым Духом, апостол Павел предупреждал также коринфскую общину: подобная опасность может привести к тому, что их умы уклонятся от простоты и ясности, данной во Христе (2 Кор. 11:3). Более того, Павел увязывает это с другим, еще более серьезным предупреждением: их ложные стремления могут быть связаны с проповедью «иного Иисуса», «иного Духа» и «иного благовестия» (2 Кор. 11:4).

Во всем этом самое важное состоит вот в чем. Не может и не должно быть ничего больше, чем познание Христа в вере.  Если высказывания о Святом Духе уводят нас в противоположную сторону, значит, мы на ложном пути.

 

Вера и опыт

Опыт: больше, чем вера

В харизматической проповеди бросается в глаза еще один аспект понятия «более, чем». Он связан с акцентом на опыте. Иногда харизматическая проповедь привлекает людей потому, что обещает «великое приключение», которое можно испытать, подчинившись своему опыту.

История пятидесятнического и харизматического движения показывает, что оно нацелено на распространение опыта крещения Духом и говорения на языках. В первые годы от начала возникновения пятидесятничества в этом движении происходили внутренние конфликты и даже расколы. При этом речь никогда не шла о самом содержании веры. Все всегда упиралось в особые переживания, опыт. Например, спорили о том, существует ли только один дополнительный опыт, который возносит человека выше «уровня веры», или же существует также и второй опыт. Другими словами, что имеется в виду, когда говорится об опыте крещения Духом: сила для освящения или сила для свидетельства? Одни говорили: освящение продолжается всю жизнь, поэтому тот особый опыт не следует связывать с освящением. Другие же возражали: крещение Духом для освящения следует отличать от крещения Духом для обретения силы для свидетельства, а потому следует говорить не только о «втором благословении», но и о втором, и о третьем дополнительном опыте!

Изначально было распространено мнение, согласно которому тот, кто получил опыт крещения Святым Духом, в подтверждение этому должен говорить на иных языках. Позже некоторые проповедники утверждали, что этот дар не обязателен для каждого. Но в любом случае любые мнения исходили из наличия опыта. В этом вся суть! Утверждалось, что речь идет об особом вмешательстве Духа, которое проводит различие между пережившими особый опыт и «обычными» христианами, которые «всего лишь» имеют веру.

Во второй половине ХХ века в пятидесятническом и харизматическом движении постепенно начали появляться богословы, которые глубоко изучали Новый Завет. Некоторые из них – например, Гордон Фи и Генри Ледерле – признавали, что сама идея «дополнительного» дара и «второго благословения» основывается на неверном прочтении Слова Божьего.

Какой же был сделан вывод? Он заключался не в том, что ключевая мысль о необходимости дополнительного опыта несостоятельна. Вывод был в том, что центральный пункт харизматического опыта - «крещение Духом», нуждается в другой интерпретации. Сам опыт не подвергался сомнению. Было всего лишь предложено другое объяснение опыта Пятидесятницы.

Опыт крещения Духом описывается с разных сторон. Обычно на него смотрят как на очень эмоциональное и телесное (физическое, переживаемое телом) событие. Человек преисполнен и поглощен чем-то особенным. Он ощущает, как будто через него проходят волны электрического тока, иногда он даже повергается на землю. Говорение на языках представляет собой поток непонятных слов, которые человек иногда не просто произносит, а выкрикивает во весь голос. Большинство приверженцев пятидесятничества полагает, что этот опыт объясняется воздействием мощной сверхъестественной силы. В проповедях или свидетельствах тех, кто пережил подобное, рассказ об этом удивительном опыте часто занимает важное место.

Кажется, что в наше время акцент на говорении на языках делается уже не так сильно, как это было в первые десятилетия пятидесятнического движения (хотя этот акцент, конечно, еще присутствует – например, в том же Альфа-курсе он довольно ощутим). В целом акцент смещается на другие дары Духа, но при этом всегда сохраняется приверженность к эффектному проявлению даров. Это справедливо как для практики исцелений, так и для пророчеств или разнообразных чудес.

В пятидесятническом и харизматическом движении крещению Духом придавали различные значения. Его роль связывали с освящением, с силой для свидетельства, с поклонением и с другими плодами, такими как радость, победа в духовной битве и тому подобное. Однако так или иначе это всегда какой-то дополнительный опыт. Переживая крещение Духом, человек получает «больше», чем у него было раньше, причем это новое всегда имеет характер какого-то особенного опыта. В результате, в любом случае человек, не получивший крещения Духом (или опыта исполнения Духом), должен ощущать себя второсортным христианином.

Трудность в дискуссии на эти темы с приверженцами такого подхода и соответственного опыта состоит в том, что они заранее отвергают любую критику, даже если она предлагается с библейских позиций. На их взгляд, у кого нет такого опыта, тот и судить о нем не может. И когда реформатский верующий обоснованно говорит, что может искренно любить Господа Иисуса и при этом не стремиться к опыту крещения Духом, тогда разговор попросту прекращается. Ведь опыт сам по себе невыразим, а значит и не подлежит критике, хотя и не имеет библейского основания.

 

В свете Библии

В таком подходе к обсуждаемому опыту наиболее трудно принять то, что в нем очень недооценивается роль веры, которая укоренена во Христе и Писании. В противовес этому, в Новом Завете ясно показано, что именно наличие веры разделяет спасенных и погибающих. В Евангелии от Иоанна мы снова и снова встречаем слова Иисуса о том, что верующий в Него имеет жизнь вечную (Ин. 3:15-18, 36; 5:24; 6:29,35,40,47). Вера приводит к полноте спасения. Если бы мы попытались проиллюстрировать эту истину ссылками на стихи из всего Нового Завета, это заняло бы слишком много места. Выделяя самую суть посланий Павла, Герман Риддербос отмечает, что можно говорить о «всепоглощающем значении веры как способе существования нового человека» (Paulus. Ontwerp van zijn theologie, 260).

Если исследовать то, как говорится о вере в Новом Завете, можно быстро прийти к заключению, что именно посредством веры обретается полнота спасения во Христе. Вера – это не путь к чему-то большему; веруя, мы уже получаем все. Ведь именно вера выражает обретаемые по благодати личные отношения человека с Иисусом Христом и Богом-Отцом.

 

Вопреки

Во многих местах Писания вера убедительно описывается как упование человеческого сердца на Бога. Пусть приходят искушения и печали, пусть бывает сложной борьба против греха – вера не порабощается ничем, постольку знает об утешении и ободрении. Мы полагаемся на благодать, хотя и знаем, что закон осуждает нас (Рим. 7). Вера сознает свою зависимость от Христа и хватается за обетование о верности Бога, Который осуществит до конца ту работу, которую начал в нас (Рим. 8:29). Основание для победного песнопения в Рим., гл.8 состоит не в том, чтó я переживаю на опыте, а в искупительном Божьем труде. «Тот, Который Сына Своего не пощадил, но предал Его за всех нас, как с Ним не дарует нам и всего?» (Рим. 8:32). Именно об этом говорит вера. А вот еще весомые слова: «Но все сие преодолеваем силою Возлюбившего нас» (Рим. 8:37). Они актуальны для ситуации, оказавшись в которой христианин не должен удивляться: «за Тебя умерщвляют нас всякий день, считают нас за овец, [обреченных] на заклание» (Рим. 8:36). Несомненно, победа достигается именно этим «но» веры вопреки всем обстоятельствам. Победа основывается на том, что непоколебимо в Боге и Христе.

 

Дух веры

Здесь важно заметить, что нельзя отделять Святого Духа от веры. Святой Дух есть Дух веры (2 Кор. 4:13). Когда Павел писал коринфской общине о работе Святого Духа, он отметил: церковь приняла Духа от Бога, «дабы знать дарованное нам от Бога» (1 Кор. 2:12). В этих и других словах апостола заключена мысль, что Святой Дух вовлекает нас в то, что находится вне нас. Бог дарует жизнь посредством нашего познания распятого Христа. Наша жизнь – это всегда жизнь по вере. Не на основании чего-то в нас самих, а на основании того, что вне нас. Этим и живет верующий. Такие слова, как вера, надежда, ожидание или принятие, подразумевают, что наше сокровище покоится не в нашем сердце, а в Божьих обетованиях, в осуществленном труде Христа. Естественно, в таком случае вера подразумевает наличие опыта! Когда в Гейдельбергском катехизисе (воскресный день №7) вера описывается словами «знание» и «уверенность», то не надо думать, что имеется в виду только мыслительная активность, нечто рациональное. Здесь речь идет не столько о том, что мы знаем, сколько о том, Кого мы знаем. Потому-то вера – это уверенность. В этом смысле вера – это нечто, находящееся в нас самих. Она не появляется автоматически в каждом, кто воспитывался в семье верующих. Она не приходит без изменения сердца. Даже человек, «выросший» в церкви, по своей природе не имеет веры. Поэтому вера всегда удивительна. Это принятие Христа и Его работы, прощения наших грехов через Его кровь. Вера дорожит Христом больше, чем всем на свете. Как говорится в Нидерландском вероисповедании (статья 22): «мы верим, что для достижения нами правильного познания этой великой тайны Святой Дух воспламеняет в наших сердцах истинную веру, которая принимает Иисуса Христа со всеми Его заслугами, делает Его нашим и уже не ищет ничего помимо Него».

У веры есть всегда аспект «предварительности», «неокончательности». У веры есть «уже» (познание и упование на Христа и Его Отца), но также есть «еще не». Еще не пришла полнота искупления, мы все еще встречаемся с грехом и боремся с ним.

Вера возносит нас на вершину к полноте спасения. Она дает уверенность в будущем. Некоторые говорят, что для описания всего опыта познания Бога и Христа в нашей жизни достаточно разных спряжений слова «верить».

В свете Нового Завета мы не можем доверять всему тому, что пытается «возвыситься» над верой. Жизнь, дарованная нам Духом, всегда зависима от веры. Жизнь в Духе не превосходит жизнь в вере, как не превосходит и познания Христа.

 

Благодать и сила

Сила: больше, чем благодать

Неоднократно отмечалось, что в пятидесятническом и харизматическом движении больший акцент ставится на переживании Божьей силы, чем на значении благодати. Одно недавнее исследование посвящено этой теме (см. Samuel Yull Lee, “Grace and power in Pentecostal and Charismatic theology”). К этой диссертации присовокуплены два утверждения:

«Как для пятидесятнического, так и для харизматического движения характерна сосредоточенность на духовной силе за счет Божественной благодати, хотя последняя и не отвергается открыто».

«Очарование пятидесятнического и харизматического движения большей силой, в особенности силой и работой Святого Духа, привело к размежеванию между Христом благодати и Духом силы».

В пятидесятнической теологии понятие «силы» занимает центральное место и явно противопоставляется понятию «благодати». Во время Реформации Лютер и Кальвин порвали с тем пониманием благодати, которое до них доминировало на протяжении веков. Согласно римско-католическому учению о таинствах, благодать присутствует почти материально  как некая сила, которую церковь разделяет между людьми. Реформация заново открыла библейское понятие о благодати, построенное вокруг Божьего благоволения. Божья благодать возвращает человека к правильным отношениям с Богом. Понятие благодати связано с отношениями. Этим вовсе не отрицается реальность обновляющей силы Святого Духа. Действительность силы благодати берет свое начало в благоволении, в благодатной расположенности Бога во Христе к грешникам. Другими словами, святость жизни неотделима от оправдания и проистекает из него. Святость никогда не может упреждать оправдание. Оправдание как незаслуженное вменение праведности Христа всегда предшествует ей.

Понимание благодати как Божьего благоволения встречало сопротивление в XVI веке со стороны анабаптистов, а в более поздние времена – со стороны других течений. Но никогда оно не встречало такого противодействия, как в пятидесятническом и харизматическом движении XX века. Подчеркивая значение крещения Духом, пятидесятники подчеркивали важность переживаемой через это крещение силы. Тогда Божья благодать понимается просто как одно из условий для обретения этой силы. В таком случае благодать и оправдание фактически выпадают из поля зрения.

В так называемой «третьей волне Святого Духа» («первая волна» относится к пятидесятническому движению, а «вторая волна» – к харизматическому движению 60-х годов), которая не разделяет классического учения о «двух благословениях», делается особое ударение на «силе». Самыми знаменитыми представителями «третьей волны» были Питер Вагнер из Движения роста церкви и Джон Уимбер. Уимбер основал Общество «Виноградник», откуда в 1984 году вышло так называемое «Торонтское благословение святого смеха». Уимбер написал книги «Евангелизм силой» (с подзаголовком «Знамения и чудеса сегодня») и «Исцеление силой». Акцент на знамениях и чудесах примечателен. Фактически Уимбер порвал с верой в то, что освобождающую благодать и силу Бог дает посредством проповеди. В его учении благодать, по сути, полностью смещается, освобождая место для его представлений о «силе».

Эффектность проявлений «силы» и проповеди о ней прочно занимает центральное место среди приверженцев «Торонтского благословения». Родни Ховард-Браун называет себя «барменом Святого Духа». О благодати вы от него не услышите. Верующий должен отражать Божественную силу и славу, когда получает и использует сверхъестественные дары. Евангелие примирения и благодати почти полностью выпадает из поля зрения.

Сильный акцент на требованиях, которым должен удовлетворять человек для того, чтобы получить опыт или силу, лишает действенности реформаторский принцип Sola gratia (только благодать). Получается, что Божьего благоволения, которое явлено в Иисусе Христе и Его совершенной работе на земле, недостаточно для обретения духовной силы, необходимой в христианской жизни.

 

В свете Библии

Во многих отрывках Нового Завета подчеркивается мысль, что Божью благодать нельзя заслужить. Благодать можно распознать в том, что люди обращаются к Богу (Деян. 11:23), в проповеди Евангелия (2 Кор. 4:15). Благодать противопоставляется нашим стараниям (Рим. 11:6) и упоминается наряду с Божьим благоволением (2 Кор. 6:1,2). Чудесную Божью благодать можно также увидеть, когда сила Евангелия проявляется в оказании помощи братьям и сестрам (2 Кор. 9:14). Благодать явлена там, где прославляется имя Иисуса Христа в верующих (2 Фес. 1:12). Благодать никогда не действует в отрыве от благоволения и милосердия Божьего в Его Сыне.

Поэтому благодать часто указывает на отношения со Христом. Два слова – «благодать» и «Христос» часто непосредственно связаны (Рим. 5:15; 1 Кор. 1:4; Гал. 2:20,21; Еф. 1:6,7; 2 Тим. 1:9). Величие Божьего Евангелия во Христе, понимаемого как чудо Божьей благодати для грешников и безбожников, никогда не должно исчезать из поля зрения. А именно это и происходит, когда делается непомерно большое ударение на силе, которая действует в человеке.

Не надо опасаться самого понятия «сила». Это вполне библейское слово. Но в Писании это слово неотделимо от повествования о Христе и Божьей благодати в Нем. Можно сказать, что «сила» в пятидесятнической духовности осмысливается так, что центральное место отводится человеку. Апостол Павел говорит о силе в тесной связи с Духом: его проповедь – «в явлении Духа и силы» (1 Кор. 2:4). Но это выражение – буквально и по смыслу – вплотную примыкает к основной вести о Христе и притом распятом (1 Кор. 2:2). Нечто подобное мы видим и в 1 Фес. 1:5, где говорится о благовествовании «в силе и во Святом Духе». Апостол говорит, что о вере этой общины узнали многие. Это вера в Бога. Не человек занимает центральное место, а Бог и Христос!

 

Какой дух и какая сила?

Известный представитель «третьей волны», Бенни Хинн, распространивший «Торонтское благословение» по всему миру, в некоторых своих пророчествах указал, в чем состоит его власть. Он пророчествовал в 1989 году, что Бог не позднее как к 1994 или к 1995 году уничтожит при помощи огня гомосексуалистское движение в Америке. Также он пророчествовал о том, что 3 марта 2003 года произойдет сверхъестественное событие всемирной важности. Ветхозаветный текст Втор. 18:20-22 (см. также Втор. 13:1-5 и Иер. 14:14 и далее; 23:31,32) объясняет, как мы должны относиться к несбывшимся пророчествам. Более того, Бенни Хинн утверждает, что использует свои особые дары для видения усопших, которых он встречает в царстве мертвых. Это характеризует его еще и как спиритиста. Он рассказывал об этих видениях в 1998 году во время собрания в Гонолулу. Ранее, в 1991 году, он сказал, что посетил могилу пятидесятнической целительницы Айми Сэмпл МакФерсон, умершей в 1944 году, чтобы там получить особое «помазание».

Все это вызывает вопрос о том, какой дух и какая сила руководит действиями такого рода лидеров. Если Господь в Втор., гл.18 строго запретил Своему народу искать общения с мертвыми, то разве можно представить, что Отец Господа нашего Иисуса Христа призывает кого-то к служению «целителя-евангелиста» именно подобным образом?

 

Сила и проповедь

По мнению апостола Павла, там, где сила Духа связывается со знамениями и чудесами, она непосредственно служит для проповеди Слова (Рим. 15:15-19). Павел даже старался не появляться там, где уже было известно имя Христово (Рим. 15:20). Логика пятидесятничества гласила бы: там, где уже проповедан Христос, теперь нужно нести весть о силе Духа. Но такие мысли чужды апостолу, который был ведом Святым Духом.

Мы лишь в общих чертах осветили этот вопрос. Основываясь на Новом Завете, его можно рассмотреть намного шире и глубже.

 

Возрастание и победа

Победа: больше, чем возрастание

Еще одна область, в которой можно увидеть принцип «больше, чем» касается эффектности. В других статьях из этого сборника более подробно рассматривается говорение на языках и другие феномены, которые привлекают людей и получают широкую огласку. Скажем, так называемые служения исцеления или изгнания демонов ошеломляют людей. «Все-таки это произошло!» – вот типичная реакция на такие явления.

Согласно этому подходу, основанием христианской жизни является славный, удивительный опыт. Это неизменный опыт побед, радости и грандиозных свершений, которые можно делать в вере.

Человек, который живет по этим принципам, всегда может рассказать нечто удивительное. Если же у него рассказать нечего, возникает проблема. Когда кто-то в пятидесятнической общине переживает сложные времена и, следовательно, не может поделиться такими грандиозными рассказами, он может кричать «Аллилуйя» на собрании, при этом вовсе не ощущая того, что заключается в этом возгласе. Ведь если он промолчит, то это вызовет неодобрительную реакцию со стороны других. Считается, что если в жизни христианина нет череды грандиозных событий и побед, то он где-то ошибается. Такого быть не должно. Несколько раз я разговаривал с людьми, которые утверждали, что постоянно излучают славную радость. Только ценой подобных утверждений они могли избежать в своих общинах укоров в том, что они не пребывают в Боге. В противном случае в таких общинах следует ожидать укоров или увещеваний, вместо пастырского попечения, которое в борьбе и испытаниях поддерживает человека и направляет на путь Божий.

 

 

В свете Библии

Библия не представляет жизнь христианина как постоянное пребывание на вершинах. Во-первых, исцеления и другие чудеса, которые описаны в Евангелиях и Деяниях апостолов, были явлены как знамения.  Речь идет не об удивительном опыте, который может переживать человек, а о знамениях, которые указывают на то, Кем есть Христос. Его Царство пришло! Он – Искупитель, Который обновит все творение. Эти знамения не говорят, что трудности, болезни и борьба уже не могут случиться в жизни дитя Божьего. Знамения учат взирать на Спасителя, жить «из» Него и с Ним.

Когда люди увлекались знамениями в погоне за чем-то зрелищным, Иисус упрекал их: вы уверуете, только если увидите знамения и чудеса (Ин. 4:48). Истинное познание Иисуса происходит совсем по-другому: через признание собственной вины, осознание необходимости благодати. Вера – это не поиск грандиозных зрелищ, а путь возрастания в познании и в благодати Христа (2 Петр. 3:18). Это возрастание не имеет ничего общего с возрастанием в значимости или с «удивительными рассказами» о своем опыте. Это возрастание в познании любви Христа, которая превосходит разумение (Еф. 3:18,19). С этим вполне согласуется образ мыслей Иоанна Крестителя, который сказал о Христе: «Ему должно расти, а мне умаляться» (Ин. 3:30).

Здесь мы также должны ходить «верою, а не видением» (2 Кор. 5:7). В контексте пятой главы этого послания здесь речь о реальности страданий. Павел не рассуждает о страданиях легкомысленно, как будто бы христианин легко воспринимает приближение смерти. Тема этой главы ассоциируется с такими понятиями, как «падение», «угнетение», «разорение», «уничтожение», «снос», «стенание». Но Слово Божье ободряет тем, что дает уверенность: будет не только «снос», но и «новостройка». Недаром за этим утверждением следуют слова утешения о том, что Бог дал верующим Духа как залог чего-то большего в будущем (2 Кор. 5:5). Где все эти напоминания о неотвратимости страданий истязают человека, в том числе и верующего, там Бог дарует через веру помощь Святого Духа, дабы сохранить в человеке мужество и устремленность в будущее. Мужество присуще христианину. Но в свете Писания ему не нужно притворяться, будто бы это безоблачное будущее уже наступило в его жизни.

Жизнь в вере подразумевает, что христианин возрастает в уповании и надежде, несмотря на тяжесть борьбы. Конечная победа несомненна. Дух уже дан верующим как залог этой победы. Божьей благодатью дан также опыт любви и побед. Но тот, кто утверждает, что всякая борьба осталась позади, не следует библейскому учению (см. Лк. 13:24; 1 Тим. 6:12). То же самое касается и возрастания: в Писании ясно сказано, что оно свойственно вере (Еф. 4:16; Флп. 3:12; Кол. 2:19; 1 Петр. 2:2; 2 Петр. 3:18).

Во всем Послании к евреям звучит призыв к стойкости и упованию, чтобы направить взор читателей только на Христа, «начальника и совершителя веры» (Евр. 12:2). «Прославленному», «победоносному» христианству такой Христос не нужен. А вот церковь новозаветного образца без Него прожить не может.

 

Грех: борьба и победа

Больше побед, чем борьбы

Все изложенное имеет особое значение тогда, когда речь заходит о реальности греха. Для определенной части пятидесятнического движения характерна приверженность перфекционизму, то есть учению о том, что уже в этой жизни возможно достичь безгрешного состояния. Разумеется, здесь важную роль играет методистское наследие. Как и в случае с Джоном Уэсли, здесь нужно иметь в виду, что понятие греха в подобном учении суживается. Под грехом подразумевается только сознательная и обдуманная непокорность. Разнообразные слабости и недочеты в исполнении Божьего закона не считаются грехом. Такое определение греха можно считать поверхностным. Примечательно, что основанием для такого определения греха является не Божий закон, а собственное самосознание. Даже здесь человек, а не Бог, занимает центральное место.

Для подобного рода духовности характерно то, что она не принимает в расчет реальность греха. Когда не уделяется достаточного внимания благодати и оправданию грешника, тогда вполне логично, что и о грехе говорится немного.  «Победоносная жизнь» определяется как жизнь победы над грехом, но при этом самому греху уделяется мало внимания.

Известны представители пятидесятничества, которые считали, что пятое прошение из молитвы «Отче наш» («Прости нам долги наши, как и мы прощаем должникам нашим») можно просто пропускать. Конечно, далеко не все пятидесятники становится приверженцами перфекционизма. И все же значение греха недооценивается, в особенности его реальность в жизни христианина и необходимость постоянной борьбы с ним.

В моей памяти запечатлелась фраза супруги одного из местных пятидесятнических проповедников, которую она обронила, когда я говорил с ней лет тридцать тому назад. Мы говорили о грехе в жизни христианина. Она заметила: «Так это же пройденный этап. Мы теперь всегда только радуемся».

 

В свете Библии

С мыслью о духовном возрастании согласуется даже восклицание апостола Павла: «Бедный я человек!» (Рим. 7:24) Ведь мы всю жизнь боремся с неотступным существованием нашей греховной природы, нашего «старого человека». Во многих посланиях Нового Завета содержится множество практических наставлений, посвященных именно теме борьбы с грехом. Примечательно, что эти наставления всегда обращены ко всей церкви, которой адресуется послание. Нигде не встретишь каких-то оговорок вроде «насколько борьба с эгоизмом или другими прегрешениями еще актуальна для вас». Ведь для всех нас во всякое время актуален принцип: кто учится познавать Христа искренней верой, тому необходимо возрастать и бороться.

И совершенно ясно, что прошение «Прости нам долги наши» должно всегда оставаться в непреходящем образце для молитвы, который дал Иисус. Тот, кто думает, что может пропустить это прошение, тем самым показывает свое высокомерие.

В воскресном дне 21 Гейдельбергского катехизиса, посвященном прощению грехов, среди прочего отмечается, что в своей жизни мы все еще вынуждены бороться со своей греховной природой. Здесь заложена глубокая библейская и пастырская мудрость. Впрочем, Иоанн, «апостол любви», очень остро пишет об этом: «Если говорим, что не имеем греха, – обманываем самих себя, и истины нет в нас» (1 Ин. 1:8, см. также 1:10). В то же время послание Иоанна ясно дает понять, что христианин не может выискать в Писании даже намек на право грешить свободно (1 Ин. 1:6; 3:6).

Это утверждение также подразумевает борьбу против греха в осознании того, что мы зависимы от Божьей благодати.

 

Плоды и дары

Дар: больше, чем плод

Повышенное внимание, которое в пятидесятническом учении уделяется дарам Духа, направлено на расширение возможностей духовного опыта верующих. Тем самым дары, «харизмы», служат скорее человеку, чем Христу и церкви. Мы уже убедились в том, какой акцент в пятидесятничестве делается на опыте и зрелищности. Это тоже одна из причин, почему дары получают такое большое значение. Внимание привлекают в особенности «эмоциональные» дары – такие как говорение на языках или исцеление. Значимость даров, перечисленных апостолом Павлом в Рим. 12:6-8, ставится намного ниже. Ведь в этом отрывке Писания говорится о вполне «обычных» вещах: обучении, руководстве, служении, простоте, усердии, даянии, милосердии. В перечисленном нет ничего «особенного».

 

В свете Библии

В 1 Кор. 12-14 апостол Павел обращает внимание на цель даров. Цель – это созидание тела, церкви. Речь идет в первую очередь о служении, а не о достижении высших ступеней человеческого опыта. В дискуссии с верующими коринфской общины Павел обращает внимание именно на эти тенденции. Кажется, люди из этой общины стремились к обретению тех даров, которые возвышали бы одних над другими. Разумеется, в особенной мере это касалось дара говорения на иных языках. Вот почему в главе 12 апостол упоминает этот дар последним в перечнях даров (1 Кор. 12:10, 30). Если бы дары служили человеку, мы бы сделали ровно наоборот. Но дары благодати служат не отдельному человеку: они даны для того, чтобы приготовить человека для служения Богу и церкви.

Этой общине, которая так стремилась обладать дарами, апостол Павел пишет, что она не испытывает недостатка ни в каком даровании (1 Кор. 1:7). В этой связи можно еще вспомнить наставление Павла другой общине, в Филиппах: духовная жизнь на верном пути тогда, когда мы служим Богу в Духе, хвалимся во Христе и не надеемся на плоть (Флп. 3:3). Дары подготавливают для служения, для помощи другим, а не себе самому (1 Петр. 4:10).

Светочем для церкви может быть не какой-то человек с дарами и духовными достижениями, а только Иисус Христос. В Нем мы обладаем всем! В Его благодати, в Его совершенном на Голгофе труде. Посредством Его Духа все это принимается от Него и Его же прославляет!

 

Вопросы для обсуждения

1.    Расскажите друг другу, где и когда вы сталкивались с харизматическими идеями.

2.    В этой статье различные аспекты обозначались формулой «больше, чем». Можете ли вы вкратце рассказать о них?

3.    Есть ли зерно истины в утверждении, что пятидесятническое Евангелие называют «Евангелием человеческим»? (см. Гал. 1:11)

4.    Видите ли вы причины, по которым множество христиан увлекаются харизматическим опытом?

5.    Как можно описать здравую библейскую жизнь веры? Видите ли вы такую жизнь в своей общине?

Что нужно делать для испытания духов, в том числе, когда речь идет и о харизматических заблуждениях?

Евангельская Реформатская Семинария Украины

  • Лекции квалифицированных зарубежных преподавателей;
  • Требования, которые соответствуют западным семинарским стандартам;
  • Адаптированность лекционных и печатных материалов к нашей культуре;
  • Реалистичный учебный график;
  • Тесное сотрудничество между студентами и местными преподавателями.

Этот материал еще не обсуждался.